Недавно мы поговорили с Василием Викторовичем Фирсовым, косметологом-дерматовенерологом, о том, почему возникает очаговая алопеция. Как же ее лечить? Эксперт поделился случаями из практики.
Я уже рассказывал читателям «Красоты и Здоровья» про возможные причины и формы очаговой алопеции. Если в двух словах — это заболевание, при котором на теле человека (чаще всего — волосистая часть кожи головы) начинают выпадать волосы, образуя овальные участки, которые мы называем очагами. При этом кожа в очаге остается совершенно здоровой, а сами очаги могут закрываться сами, сливаться между собой или прогрессировать в такие формы, когда волосы на всем теле выпадают полностью.
Основная проблема в том, что очаговую алопецию как заболевание недостаточно изучили. У нас много разных данных, которые порой противоречат друг другу, и нет универсальной методики лечения. Мы можем только предполагать возможные причины и пытаться построить лечение таким образом, чтобы приблизиться к желаемому результату., Имея большой опыт работы с пациентами, страдающими очаговой алопецией, я хочу рассказать о нескольких интересных случаях (а их было немало). Среди них есть случаи как с успешным исходом лечения, так и случаи, когда остановить прогресс заболевания не удалось.
Удачный случай. Ежегодный очаг
Однажды ко мне обратилась пациентка — женщина 36 лет, страдающая единичным очагом на теменной области. На фоне лечения очаг полностью закрылся в течение 1,5-2 месяцев, а при обследовании пациентка оказалась абсолютно здорова. Сразу же после лечения мы отпустили её домой. Но ровно через год в тот же месяц у неё возник точно такой же очаг ровно в том же месте, что, конечно, не сильно её обрадовало. Снова обследовали, снова пролечили, и снова успех, очаг закрылся. И что же — через год в то же время и в том же месте очаг появился снова. После очередного лечения мы уже рекомендовали обращаться чуть раньше, поэтому в следующем году за пару месяцев до предполагаемого появления очага пациентка пришла на профилактический курс. Из проводимого лечения мы применяли наружную терапию (препаратами клиники + препаратом «Мивал») и мезотерапию. По сути, лечение было минимальным, так как пациентка страдала лишь одиночным очагом.Этот случай разбивает все данные по генетике и аутоиммунным процессам — как мы знаем, любой аутоиммунный процесс прогрессирует, но никогда не проявляется в одном и том же месте в одно и то же время.
Удачный случай. Крупные очаги
Был и другой случай — пациентка 33 лет обратилась со множественными очагами на теменной, височной области и на затылке. Максимальный диаметр очагов составлял до 5 см (крупные очаги), и ко всему прочему очаги частично сливались между собой, образуя достаточно большую зону, лишенную волос. При обследовании в клинике и у смежных специалистов никаких патологий мы не выявили и приступили к лечению: наружной терапией (препаратами клиники + препаратом «Мивал») и мезотерапией, то есть снова прибегли к стандартной схеме. На фоне лечения очаги закрылись, но в них выросли абсолютно бесцветные волосы. Это ожидаемый результат — в очагах чаще всего вырастают волосы, лишенные пигмента, хотя в моей практике я получал 50% окрашенных волос. В данном же случае из очага выросли обесцвеченные волосы — белого цвета и немного с желтизной, но не седые. Дело было летом, поэтому пациентка, будучи представительницей Закавказья и имеющей черный цвет волос, испытывала серьезные неудобства. Некоторое время мы были вынуждены запретить ей красить обесцвеченные волосы, но после 2,5 месяцев со дня начала терапии все же разрешили. И волосы не выпали на фоне окрашивания — все прошло удачно, а следующая генерация волос выросла совершенно нормальной, здоровой и окрашенной. В общей сложности лечение заняло у нас около 5-6 месяцев, после чего около года мы занимались поддерживающей терапией. Добившись стойкой ремиссии, мы с пациенткой расстались.
Удачный случай. От стресса до отсутствия бровей
Похожий случай был и с другой пациенткой 51 года — она обратилась в клинику предположительно с диффузной формой алопеции, но после нескольких недель наблюдения стало ясно, что это быстро прогрессирующая форма очаговой алопеции с развитием уже универсальной формы. У пациентки начали выпадать ресницы и брови, а волосы на волосистой части кожи головы выпадали очень быстро. Обследование показало, что пациентка здорова, но сама она отмечала, что в предыдущий год до начала заболевания испытывала большое количество нервно-эмоциональных перегрузок на бытовом уровне — проблемы в работе и личной жизни. К лечению, помимо наружной терапии и мезотерапии, мы добавили системную глюкокортикоидную терапию (препарат «Кеналог» по схеме), и получили нужный результат — восстановление на 90%. В участках поражения выросли обесцвеченные волосы, которые так и не восстановили пигмент, поэтому пациентка просто регулярно их красила. А на фоне поддерживающей терапии удалось достичь стойкой ремиссии — пока я работал с ней, она ходила с волосами.
Неудачный случай. Рак
Бывают и не очень успешные случаи. Например, однажды в клинику обратилась пациентка 56 лет — её тревожило поредение и истончение волос, то есть, по сути, просто ухудшение качества волоса. Ей выставили диагноз — диффузную алопецию, но при наблюдении диагноз изменили на тотальную форму очаговой алопеции. Пациентка была обследована и параллельно наблюдалась у эндокринолога и онколога по поводу опухоли щитовидной железы. Мы же даже во время лечения получали ухудшение — постепенно волосы выпали, но не по причине проводимой противоопухолевой терапии, а именно вследствие прогресса тотальной формы очаговой алопеции на фоне основного процесса. А основной процесс — рак.Пациентка настаивала на применении препарата «Лаеннек», на что мы не согласились — сам препарат является очень мощным иммуномодулятором, очищенным экстрактом плаценты человека. Пациентка проколола его уже в другой клинике, а у нас по-прежнему получала параллельное лечение, которое уже состояло только из наружной терапии — онкологи запретили ей делать любые инъекции вроде мезотерапии. Волосы у нее восстановились, но они были полностью обесцвечены и уже через несколько месяцев возник рецидив. После этого никакого эффекта от проводимого лечения мы уже не получали.
Неудачный случай. О мужчинах
Большинство пациентов, которые страдают очаговой алопецией — женщины. Но большинство — не значит все: многие мужчины имеют точно такое же заболевание. У них могут появляться очаги на волосистой части кожи головы, на теле и даже на бороде.Однажды обратился пациент с андрогенетической алопецией (человек лысел по мужскому типу). В течение года мы проводили ему лечение, которое давало положительную динамику, а потом у него резко возникла тотальная форма очаговой алопеции — волосы выпали очень быстро. Сначала возникло несколько очагов на разных участках волосистой части кожи головы, а потом они быстро слились между собой и остановить этот процесс тоже не удалось. Так как в целом картина лечения пациента получала нашу положительную оценку, мы не смогли найти причины — заболевание совершенно бесконтрольно стало развиваться, не реагируя ни на какие наши методики.
Каждый из случаев в моей практике подтверждает, что затягивать лечение здесь неуместно — болезнь плохо изучена и может прогрессировать. Когда пациенты приходят с проблемой, которой уже десятки лет (например, тотальная форма), вряд ли случится чудо. Поэтому они настроены адекватно и так же относятся к результату — лишь как к очередной попытке. У них однозначно будет отрицательный прогноз к росту волос. Но при возникновении единичных или нескольких очагов оттягивать обращение к специалисту нельзя, ведь даже в случае с единичными очагами у нас только 50% шанса, что он закроется сам. А если не закроется? Поэтому нужно и обращаться, и проходить лечение — в настоящее время чаще всего удается вернуть рост волос и в достаточной степени добиться положительного результата.
Самое главное — это доброкачественный процесс, и никаких рисков для жизни он не несет. Что до косметического эффекта — результат напрямую зависит от отношения пациента к этому, его психоэмоционального фона и, конечно, от грамотно подобранных способов терапии.
Читайте также: 3 секрета идеального наращивания волос
